У ворот посреди лужи застрял пустой грузовик. Шофер, высунув из, кабины на ветерок шевелюру, дремал.

Серебряков остановился на сухом бугорке и, выбирая следующий, поближе к машине, весело крикнул:

— Эй, товарищ! Может, доску-другую под колеса кинуть? Или трактор ждешь?

Водитель несколько раз моргнул и, очнувшись, лениво поддразнил:

— Ку-ку трактора: все в степи… Меня, товарищ лейтенант, кому понадобится тут проехать, тот и вызволит. А сами вы зря в мастерские направляетесь. Кто ж там будет, ежели пахота? Муха между рамами… Все — в степи!

И уставился на стоящего среди воды лейтенанта милиции, с любопытством дожидаясь, что тот теперь предпримет.

— Пойду, поищу трактористов в степи, — сказал Серебряков. — Значит, от помощи моей отказываешься?

— Пойдите, поищите…

Степь обдала Серебрякова кислым духом прелой земли, встретила всеми холодками, которые еще висели там, где только что стаял снег. Окруженный простором, Серебряков почувствовал какую-то радостную легкость. Он зашагал к видимому краю поля, куда вели мягкие ступеньки, оставшиеся вдоль дороги от тракторных гусениц.

Медленно, одна за другой, перемежались разные мысли, две из которых были сейчас самые главные: через пять дней — ровно год, как он женился… Зачем было Илье Жухову нападать на малознакомого ему тракториста?.. Работал Илья везде, где только требовалась сила, — грузчиком, ковалем, долбил для совхоза камень в карьере, строил причал на озере, теперь — в шахте. Неплохо зарабатывал. Поселковый Совет помог ему построить собственный домик…

Шагал и шагал Серебряков; постепенно тяжелели его ботинки, потом, когда ломоть земли отваливался с подошвы, несколько шагов получались такие легкие! А степь вокруг была совсем иная, чем казалась с вертолета.