РУМАТА. Балда ты. Я тебе прогоню. Где она? (Вскакивает.) Проведи сюда, быстро!

Уно выходит и возвращается с Кирой. На Кире пышное платье «благородного» покроя, она чувствует себя в нем довольно неловко. Румата спешит к ней навстречу.

РУМАТА. Кира! Вот кстати, вот кстати!

КИРА. Здравствуйте, дон Румата.

РУМАТА. Безобразница, мы же договорились…

КИРА. Ну, пусть — Румата. Просто Румата. (Озирается.) Вот значит, как вы живете…

РУМАТА. Постой, постой… (Оглядывает ее.) Какая ты нарядная сегодня!..

КИРА. Вот… Всю свою копилку в ход пустила. Продавец сказал, что все придворные дамы так теперь наряжаются… Правда, великовато оно мне было, так я к знакомой портнихе снесла… А теперь ничего, правда? Не сравнить, как я в простонародном хожу…

РУМАТА. Гм… Да, пожалуй… Однако что же это мы! Садись. (Он подводит ее к дивану, садится в кресло рядом, звонит в колокольчик. Вбежавшему Уне.) Сладостей, воды фруктовой, быстренько…

Уно выбегает.

КИРА. А я шла от портнихи… дай, думаю, зайду, посмотрю, как дон Румата живет…

РУМАТА. И молодец. Могла бы и раньше зайти. Сколько мы не виделись? Постой-ка…

КИРА. Двадцать четыре дня.

Пауза. Уно приносит на подносе угощение, ставит на стол, уходит.

РУМАТА. Угощайся, придворная дама.

КИРА. Благодарствуйте, благородный дон… (Трепетно берет пирожное, откусывает.) А что же вы?

РУМАТА. Не хочу, не люблю сладостей… Как у тебя дома?

КИРА. Лучше не спрашивайте. Озверели они все.

РУМАТА. Кто?

КИРА. Все они. Одно слово — «Серая Радость». В вине захлебываются, топорами размахивают, грозятся… Ах, не хочу я о них, дон Румата…

РУМАТА (берет ее за руку). Просто — Румата. Ручка у тебя маленькая, мягкая… Лапка…

КИРА. Не надо… Румата. А то я…

РУМАТА. Что?

КИРА. Заплачу, вот что… (Достает платок, отвернувшись, промакивает глаза.) Вот всегда так… Какой-то вы…