Всеобщему страданию не внемля. А под мечом стонала вся страна. Тут венгры, там баварцы, здесь богемцы Жгли, грабили, насилие чинили, Наследственную Австрию терзая. Знатнейшие в стране собрались в Трибен, Держа совет, кому вручить правленье, И порешили в Мейсен сдать послов, Дабы призвали в государи сына Констанции, графини Бабенбергской. Сумел перехватить послов ландтага Король Богемский Вацлав Хитроумный; Он с ними не скупился на угрозы, И просьбы, и посулы, и подарки, И сын его, вот этот Оттокар, Был наречен австрийским государем. Кто был согласен, кто был несогласен, И снова пламя жаркое войны Пылало над страной. Тогда в мой замок Пришли с бедой владетели земель; Они одно лишь средство отыскали: Слить с правом сильного права наследства. Мне предлагая свадьбой с Оттокаром Богемию и Австрию связать. Нет! — я сказала, помня о супруге, Унесшем преданность мою в могилу. Тут повели они меня на башню И нищую страну мне показали: Спаленные поля, пустые хаты, Голодных, сирых, раненых, разутых. Взглянула я вокруг и содрогнулась; Они меня молили о спасенье, И я на все была уже согласна. И Оттокара привели ко мне, Как будущего моего супруга. Смутясь, остановился в отдаленье И молча смерил черными глазами Он, юноша, поблекшую невесту. Но, помня о стране моей несчастной, Приветливо к нему я обратилась. Так стала я его женой. Любви же

Не знала я, о ней не помышляла. Я лишь заботилась о нем, и вместе С заботами в душе возникло чувство, Вобравшее в себя всю боль любви, Без радостей любви. Так было дело. Теперь судите, мне ль страшна разлука. Уеду я, но наш незыблем брак, Нет никаких причин к его разрыву.