Два путешествия по скользким после оттепелей и внезапного мороза дорогам, бесконечное курение и сама по себе погода сделали голову Константина неким средоточием боли. И вот - вечерний посетитель в нелепой шапке-пирожке, какие теперь никто не носит.

- А сколько лет вашей жене? - спросил Савельев, ероша волосы.

- Ей тридцать семь лет, - словно извиняясь, произнес визитер.

- Да... - протянул Савельев весьма неучтиво. Но ему было не до вежливости.

- Тридцать лет разницы...

- Да... - опять сказал Савельев, не в состоянии больше ничего придумать.

- Я так люблю свою Юленьку, - вдруг с каким-то надрывом выкрикнул посетитель, - И она меня любит. Да, да, она любит меня! - повторил он с вызовом.

- Да ради бога, - пожал плечами Савельев. - Я разве возражаю... Любит, и прекрасно...

- Да дело-то в том, что она бесследно исчезла.

- Когда она исчезла?

- Ее нет уже пять дней.

- Да? - покосился на него Савельев. - А фотография ее у вас есть при себе?

- Конечно, есть, вот она, - посетитель вытащил из ветхого бумажника небольшую фотографию и протянул ее Константину.

На Савельева глядела очень красивая молодая женщина. Большие выразительные глаза, темные волосы, изящный вырез губ. На фотографии хороша, ничего не скажешь... Савельев взглянул на визитера, и тот прочитал его мысль.

- Странно - такая женщина и я, старый гриб, - вы об этом подумали? И решили, что она сбежала с любовником, да?

- Ну почему? - замялся Савельев, хотя подумал он именно это. Старичок с морщинистым лицом, маленькими глазенками, спрятанными под круглыми очками, в сереньком пальто, коротких брюках. Странная какая-то пара Наверняка он богат как Крез... А красавица, выкачав из него сколько ей нужно, умотала куда-нибудь с любовником.

- Вы не то подумали...