Игорь (в зал). А чем это лучше?

Галина Аркадьевна машет рукой, отходит, садится на ванну, красит ресницы.

(Выходит вперед.) Ну что теща?

Лида. В смысле?

Игорь. В смысле бабушки.

Лида. В ужасе.

Игорь. Она от всего в ужасе, даже от праздников.

Лида. В ее возрасте – согласись…

Игорь. Не соглашусь.

Лида. Перестань острить. Ты совсем не думаешь о ней. А это, между прочим, моя мать.

Игорь. Во-первых, это не между прочим. Я так полагаю, что с этого все началось. Во-вторых, я думаю о ней. Другое дело, что я о ней думаю.

Лида. Тебе все смешочки. А каково мне между вами двумя разрываться.

Игорь. Я говорил – давай разъедемся. Родителей надо любить издалека. Чем дальше – тем крепче.

ПДП. Ну вот, начинается. Как что – так сразу разъедемся.

Лида. Ну ты же знаешь, мама об этом и слышать не хочет.

Игорь. Но ситуация теперь для нее меняется.

Лида. Для меня тоже. Раньше она без меня не могла, а теперь я без нее.

Игорь. Она разве сумеет быть нормальной бабушкой? Она же у нас незаменимый работник. Без нее же остановится деловая жизнь страны. Ты спроси – она захочет уйти на пенсию и сидеть с ребенком?

Лида. Ей еще рано.

Игорь. Через год – как раз. На их заводе в пятьдесят дают. Вот спроси ее.

Лида. Язык не поворачивается.

Игорь. Ты ничем не рискуешь.

Лида. Я рискую осиротеть. Спроси лучше ты.

Игорь. Ты предпочитаешь овдоветь?

Лида. Не остри.

Игорь. Я не могу с ней об этом говорить. Я враг номер один.

Лида. Враг номер один – ее заместитель. Ты – номер два. Скромнее надо быть.

Игорь. Даже здесь я на втором месте. Ну и семейка. (Галине Аркадьевне.) Товарищ теща, как бы руки помыть?

Галина Аркадьевна. А на кухне нельзя?

Игорь. Полотенце и мыло – в ванной.

Галина Аркадьевна. Удивительная бестактность. Человек в собственном доме не может мыться сколько он хочет. Никакого уважения.