Волчок со свистом крутится.

ГОЛОС. Я рассказывала, рассказывала ему. Рассказывала про свое придуманное счастье, про свое волшебное детство. Рассказывала про все, все, все, чего не было в моей жизни. И он верил во все это. И мне не было стыдно. Потому что я тоже верила. Верила, что мать работает директором магазина, что у нас дома настоящая карусель, ежики, попугаи, много телевизоров и печатная машинка. Верила, что летала с матерью на настоящем самолете и плавала на таком же настоящем корабле. А главное, что мать любит меня. Любит, любит, любит…

Волчок летит под столик.

Девочка лезет за ним.

ГОЛОС. И я была так благодарна этому немому слушателю за подаренное счастье, что даже хотела целоваться с ним. Или даже целовалась… Я не помню…

Девочка выбирается из-под стола. Смотрит на фотографию. Делает шаг…

ДЕВОЧКА. А я еще умею… Хочешь, научу могу… (Голос её дрожит.) Это и не страшно даже… так делать… (Подходит.) И не страшно даже… делать так… И не страшно совсем даже… Не страшно… (Быстро целует фотографию.) Вот так умею… (Опускает глаза.) Вот… Дурак!

Вдруг разворачивается и бежит.

ГОЛОС. Наша дружба могла бы длиться бесконечно долго и перерасти во что-то большее, если бы однажды кладбище не стало для меня тем, что…

8

Девочка стоит перед завешенным тканью зеркалом.

ГОЛОС…тем, что отнимает.

Поворачивается. За её спиной на столе стоит гроб, в котором лежит бабка в белом платке с церковной символикой. В связанных бабкиных руках коптит свеча.