Ева сидит и курит. Входит Виктор, говоря по сотовому телефону.

Виктор: Ну все, короче. Я буду иметь ввиду. Ах, Санёк, как ты меня подвел. Надо было ко мне сразу. Ну, ну. Так можно было ведь позвонить… Короче так… Как ты завтра двигаешься? Слушай, тогда может встретимся? Да перестань… Какие дела! Ладно договорились, сразу как освободишься перезвони мне… Все, я жду. Ну давай. (Бросает телефон и прыгает прямо в одежде на кровать.)

Ева: Витя!

Виктор: Ага, сейчас дорогая. (Перезванивает). Слышь, Сань, только ты эту папочку захватить не забудь. Ну все.

Ева: Витя.

Виктор: Ну.

Ева: Ты меня любишь?

Виктор: Ну Ева, ты же знаешь.

Ева: Ты меня любишь?

Виктор: Конечно.

Ева: Что конечно?

Виктор: Конечно я тебя люблю.

Ева: Тогда ты должен мне кое-что пообещать.

Виктор: Хорошо, я обещаю, что не буду критиковать, показывай свои туфли.

Ева: Я не о туфлях… Ты звонил сегодня?

Виктор: Дорогая, мы же договорились, что завтра утром.

Ева: Мы не о чем не договаривались. Это ты сказал, что позвонишь утром. Вот телефон, звони.

Виктор: Хорошо, сейчас блокнот принесу.

Ева: Номер здесь.

Виктор: Да, да. Вот видишь как чудесно. Ты вообще-то то правильно делаешь. Настойчивость — это хорошо. Да я ведь и сам тебя просил быть со мной настойчивой. Черт побери, а как легко все-таки поддаваться своим слабостям. Да каким, к черту, слабостям. Я просто за двадцать лет не фига не изменился. Как был дураком, так им и остался.