СЮЗОН: Скажите, мы вас не выдадим. Ну, Луиза!

ЛУИЗА: (делает вид, что старается преодолеть саму себя) Она играет с...

Она играет... Ну, да к черту, скажу. Она играет с Пьереттой, сестрой вашего отца.

КАТРИН: Ах, вот как!

СЮЗОН: Сестрой отца? Вы это точно знаете?

ЛУИЗА: Спросите бабушку, она видела. А она, когда приложится к бутылочке, может выболтать все на свете.

СЮЗОН: К бутылочке?

ЛУИЗА: А что? У нашей бабушки в комнате всегда запас! (Катрин и Луиза смеются, для Катрин это не секрет).

СЮЗОН: (задумавшись) А какая она из себя, эта тетя Пьеретта?

ЛУИЗА: Понятия не имею. Она здесь не бывает. Здешние дамы говорят, что она бывшая танцовщица, выступала голая! А мадам Шанель говорит, что она чиста как лилия. (Входит Шанель с подносом, на нем чайник и чашки).

ШАНЕЛЬ: Где мадемуазель Огюстина?

СЮЗОН: Где-то там.

ШАНЕЛЬ: (Луизе) Отнесите. (Передает поднос. Луиза уходит) Ну и комедиантка, ваша тетя Огюстина! Она так искренне рыдает. Из кухни слышно. Я приготовила ей липовый чай. Это поможет.

СЮЗОН: А что у нее болит?

ШАНЕЛЬ: Ни-че-го. Она никогда не болела. Это ее новый трюк.

СЮЗОН: (повелительно) Скажи мне, что ты думаешь о бабушке и Огюстине?

ШАНЕЛЬ: Они славные, но очень утомительные дамы. Твоей бедной матери достается больше всего. Они постоянно делают ей замечания, читают ей мораль!

Но в одном правы. Это в вопросе воспитания Катрин.

КАТРИН: Черт возьми! А я и не подозревала, что существует такой вопрос.

ШАНЕЛЬ: Ты сквернословишь на каждом шагу, жуешь резинку за столом, куришь потихоньку, читаешь эти дурацкие детективы. Что не книжка, то одни трупы. Б-р-р.

КАТРИН: О-ля-ля! До чего же ты отстала, моя бедная Шанель!

ШАНЕЛЬ: Сюзон в твои годы вела себя лучше!КАТРИН: Характеры разные!

ШАНЕЛЬ: Бедные мои девочки...