КАТРИН: (коварно) Шанель, в котором часу ты ушла к себе, а?

ШАНЕЛЬ: Около двенадцати.

КАТРИН: Ты гуляла перед сном?

ШАНЕЛЬ: Что ты смеешься? В такую погоду?

КАТРИН: Ах, нет, ты, наверное, принимала гостей?

ШАНЕЛЬ: Гостей? Я уже десять лет никого не принимала. (взрывается)

Катрин, я уже выгладила твои брюки, пойди переоденься, наконец! (Катрин уходит).

СЮЗОН: Шанель, скажи, Луиза хорошо работает?

ШАНЕЛЬ: Честно? (пауза) Ох, тут я все скажу. Все что думаю! Она законченная мерзавка! Переходит с места на место, все надеется переспать с хозяином. Что касается остальных (неслышно вошедшая бабушка, слышит последнюю фразу)

БАБУШКА: Все, что касается остальных, я знаю лучше, чем вы, Шанель! (Шанель чопорно, с достоинством уходит. Бабушка, с видом заговорщицы, отводит Сюзон в дальний угол). Я должна рассказать тебе важную вещь. Это я могу доверить только тебе. (пауза) У твоего отца денег больше не было. Это знаю только я.

СЮЗОН: Но это очень важно! Объясни подробнее...

БАБУШКА: (тихо и быстро) У меня были акции. Наследство от твоего дедушки-полковника. Я хотела их дать Марселю. Он был так добр к нам... Но он отказался. "Я не возьму ваших денег, - сказал он мне, - они не спасут меня от банкротства".

СЮЗОН: А дальше?

БАБУШКА: Я сказала всем, что отказалась дать ему свои акции, я не хотела выдать тайну его краха!

СЮЗОН: А потом что было?

БАБУШКА: Ничего. Я недолго берегла свои акции... (дрожа) Потому что, их у меня украли... (перестает дрожать и говорит абсолютно спокойно) Два дня назад.

СЮЗОН: Украли?

БАБУШКА: Ах, не говори! После обеда. После обеда я люблю пропустить стаканчик, это успокаивает мои боли... Кто-то подсыпал наркотики в мое вино.

Меня отравили, вошли в мою комнату и обокрали. Дочиста.

СЮЗОН: Но, кто? Кто мог это сделать?

БАБУШКА: Тот, кто знал, где я прячу свое вино. Тот, кто знал где мой тайник!