О, как он был красив в своем небесно-голубом жилете, в ярко начищенных английских башмаках и треуголке с золотым позументом! Все девки и дамы обеих Каролин шли пятнами, едва завидев его развинченную походку. Да что там говорить! Любая побежала бы за ним на край света, помани он хоть пальцем. Вот я в него и втрескалась, грешным делом. О-хо-хо… Вынь да положь! Уж такая у меня натура. Все уже тогда знали, что мне лучше не перечить — с тех пор, как зарезала я под горячую руку эту старую дуру, мою служанку. Спасибо, папаша отмазал по малолетству.

Муж. Зарезала? Служанку? За что? Это ж сколько тебе тогда было?

Жена. Десять еще не исполнилось. А за что — не помню. То ли не пускала куда-то, то ли мыться заставляла, то ли еще что… а тут ножик рядом лежал. Ну я ее и чикнула. Йй-ех! Вот говорят — первый труп на всю жизнь запоминаешь. Враки! Я ее и не помню совсем. Помню только, что дура, а кроме…

Муж. А что, были еще трупы?

Жена. Да ты, я вижу, совсем на голову слабый. Я ж тебе говорю — Анна Бонни я. Ну?.. Неужели не слыхал? Да на моей сабле больше душ висит, чем на всех виселицах Карибского моря! А та вот служанка первая была. До сих пор ее помню, так и стоит перед глазами, с перерезанным горлом. Глаза удивленные, а кровища так и хлещет, так и хлещет, так и хлещет… Аа-а-а!

Хватает саблю и с воплем бросается на окошко кухни. Но Муж начеку. Отразив первый натиск при помощи сковородки, он начинает бомбардировать Жену вопросами, надеясь таким образом сбить ее с наступательного порыва. Это ему удается.

Муж. Ну? А потом? А потом что было? А потом? Расскажи!! Что потом?!

Жена. А? Что? (потеряв всякий интерес к штурму, отходит от окошка и кладет саблю на стол) Потом? А потом просто. Джимми думал отхватить через меня папашину плантацию. Но не тут-то было. Папаша видел его насквозь! Пришлось нам уматывать на старые джиммины пастбища. Так я попала на Багамы, в пиратский рай, будь он проклят и будь он благословен! (наливает себе рому) Черная Борода! Капитан Кидд! Капитан Дженнингс! Веселая компания!..