Как ты мог оглушить и ограбить молодого гвардейского офицера, который поверил тебе потому, что ты мой сводный брат! Еще более возмутительный и подлый поступок — ты увез в Вену жену знатного человека, обольстил ее и оставил в чужом городе прозябать голодную и опозоренную. И… еще много других поступков, на которые я вообще не способен. Не хочу больше об этом говорить, слышишь? Я никогда не паду так низко, никогда так не вываляюсь в грязи, как ты, чтобы понять твои чувства и переживания… Что тебе нужно от меня?

Грэгэм беспокойно посмотрел на окно.

— Я несчастный человек, — сказал он в отчаянии. — Я хотел бы попасть в Америку…

— Что, местная полиция пришла к выводу, что Америке срочно нужны бродяги и дегенераты вроде тебя?

— Ты жестокий и непоколебимый, как ад, Дик!

Дик рассмеялся, но это был смех сквозь слезы.

— Сколько тебе нужно?

— На билет до Нью-Йорка…

— Ты ведь прекрасно знаешь, что с твоими документами тебя не пустят в Соединенные Штаты.

— Я могу поехать под другим именем…

— Ты ведь не отважишься… я тебя хорошо знаю… Да ты даже и не собираешься ехать туда!

Дик сел за письменный стол, открыл ящик, вынул чековую книжку и начал писать.

— Я выписал тебе чек на пятьдесят фунтов. Он заполнен таким образом, чтобы ты не мог подделать его на пятьсот, как ты поступил с моим последним чеком. Я также сообщу в банк по телефону о сумме.

Дик вырвал чек из книжки и подал мрачному брату.

— Это последние деньги, которые ты получаешь от меня. Если думаешь, что заставишь подобными визитами давать тебе деньги и впредь, то глубоко ошибаешься. Можешь и навлечь неприятности. Полковник и мои коллеги прекрасно знают тебя. Офицер, которого ты тогда обманул, как раз несет караул. Станешь мне мешать, попрошу заключить тебя под стражу. Понял?

Грэгэм положил чек в карман.