ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Филипп Семенович, вы заливаете.

ДЕД. Испытывали мы как-то изделие… три опытных образца… такие, знаете, самонаведения… поросеночки… Н-да… Очень непростая система… (Почти шепотом.) Антенна там… опять же по инфракрасному следу… система слежения… передатчик… много блоков… я за каналы отвечал…

ТАМАРА. За какие каналы?

ДЕД. Неважно. На Севере месяцами просиживал, на испытаниях. Ну так вот. Отработали мы двух поросят, сняли характеристики… Хорошо… Все в допуске… а третьего поросеночка трогать не стали. Оставили упакованным. Оставили и оставили… Год проходит. Пора списывать. Изделие… Где изделие? На складе нет, нигде нет… Что такое… как корова слизнула… А это дело такое… Ой-ой-ой какое… головы полетят… Туда-сюда. Стали заминать, договариваться… Акт задним числом составили… Дипломатия. По списанию… Будто списано. Уладили. Все хорошо. Обошлось. Еще два года проходят.

ТАМАРА. А когда это было все? В каком году?

ДЕД. Неважно. Было и было. Прошло еще два года, боцман с триста шестнадцатого возьми и на третью площадку пойди… Пошел. А на третьей, там свалка была… вековая. В бухте.

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. В чем?

ДЕД. Неважно в чем. Была и была. И находит он там по чистой случайности… совершенно как новенький… с грифом…

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. То есть что?

ДЕД. То есть что?

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Что находит?

ДЕД. Контейнер. Опечатанный. С грифом. А его и в природе быть не должно.

АНТОНИНА. Почему?

ДЕД. Я же акт подписал. Мы ж списали изделие. Ну, тут дело серьезное… Первый отдел… Дом Большой, понимаешь ли… Комиссия собралась, открыли. Eешкин корень! Лежит!

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Изделие?