И обличает недостаток веры, Слепое сердце, пустоту души И грубый ум без должного развитья. Что неизбежно и в таком ходу, Как самые обычные явленья, Благоразумно ль этому, ворча, Сопротивляться? Это грех пред небом, Грех пред умершим, грех пред естеством, Пред разумом, который примирился С судьбой отцов и встретил первый труп И проводил последний восклицаньем: «Так быть должно!» Пожалуйста, стряхни Свою печаль и нас считай отныне Своим отцом. Пусть знает мир, что ты – Ближайший к трону и к тебе питают Любовь не меньшей пылкости, какой Нежнейший из отцов привязан к сыну. Что до надежд вернуться в Виттенберг И продолжать ученье, эти планы Нам положительно не по душе, И я прошу, раздумай и останься Пред нами, здесь, под лаской наших глаз, Как первый в роде, сын наш и сановник.
Королева Не заставляй меня просить напрасно. Останься здесь, не езди в Виттенберг!
Гамлет Сударыня, всецело повинуюсь.
Король Вот кроткий, подобающий ответ! Наш дом – твой дом. Сударыня, пойдемте. Своей сговорчивостью Гамлет внес Улыбку в сердце, в знак которой ныне О счете наших здравиц за столом Пусть облакам докладывает пушка И гул небес в ответ земным громам Со звоном чаш смешается. Идемте.

Все, кроме Гамлета, уходят.

Гамлет