Матюгов(недовольно отстраняется от неё). Ты чего это? Живой, новое дело.

Сотрудник. Григорий Антонович… Товарищ Матюгов… Произошла маленькая неприятность… Клавдия Степановна, да не волнуйтесь вы. Видите – живой… Григорий Антонович, видите ли, в тот момент, когда ваша схема передавалась на Сириус, как раз на её пути зарегистрировали жёсткое коротковолновое излучение… Для здоровья это не опасно, вас ведь, Григорий Антонович, в обычном виде не существовало. Однако мы сомневаемся, правильно ли вы материализовались там, на Сириусе, не внесло ли коротковолновое излучение, будь оно неладно, изменений в вашу схему…

Матюгов. Чего там неправильно! Вот он я. Какой был, такой и есть.

Жена. Да-да, это он, мой муж, Гриша Матюгов.

Сотрудник. Прошу прощения, наоборот, это мы, наверное, напрасно взволновали вашу супругу. По-видимому, всё обошлось… И всё же, Григорий Антонович, я бы просил вас пройти сюда, к врачу. (Показывает на дверь слева, с крестом.)

Матюгов пожимает плечами, заходит в кабинет врача. На двери с крестом гаснет надпись "СВОБОДНО" и загорается "ЗАНЯТО". Вслед за Матюговым входит жена. Сотрудник остается на сцене.

Сотрудник (чешет в затылке). Ну что ж, кажется, всё обошлось. (Уходит.)

Из-за двери с двумя нулями раздается шум смываемой воды, гаснет надпись "ЗАНЯТО", и появляется мужчина.

Мужчина. Безобразие! Двадцать второй век, а унитазы забиты, как в двадцатом. Безобразие. (Уходит.)

Слева, в кабинет врача, входит сам врач. Он в белом халате, с вышитым на груди крестом.

Врач(потирает руки). Здравствуйте, здравствуйте. Супруги Матюговы? Я вас жду. В курсе, так сказать, ваших дел. Садитесь… Ну-с, для начала несколько вопросов к вам, Григорий Антонович. Вы – сантехник?

Матюгов. Сантехники мы. Отец мой, Антон Поликарпыч – сантехник, дед Поликарп еще в двадцать первом веке чистил эти дела, вот и я…