Он.  Рябой  и  гнусавый.  Всё?  (Явно намекая  ей  на  выход.)  Я  собираюсь  есть.

Она (дрогнув).  А  роста?..   Какого  роста?..

Он (не  сразу.)  Мелкого.

Она (сильно  дрогнув).  Очень  мелкого?

Он.  Знаете,   все  эти  ваши   вопросы  адресуйте   милиции.   А  мне  дайте  поесть.  Не  люблю ,  когда...   в  рот. 

Она.  Милиции?  А-а...   причем   тут  милиция?  Причем  тут...  (оседая  на  стул.)  Что  Вы   с  ним  сделали?

Он.  Разумеется,  сдал.   А  что  я   должен  был  сделать  по-вашему  с  человеком,  который  лез  в  чужой  дом,  который  я  сторожу?

Она (с  подобием  стона).  Кто  Вас  просил? Ну  кто  Вас  просил? (обреченно -печально.) Его  опять  посадят. Опять. 

Он (искоса  взглянув  на  нее,  невозмутимо).  Наверно. (поглощая  консервы.) "Вор  должен  сидеть в  тюрьме."

Она.  Вы -  кусок  дерева.   Бедный  Паша!  Бедный,  бедный  Паша.   Какая  несправедливая,  какая   неблагосклонная  судьба! 

Он (поморщившись).  Охайте,  пожалуйста,  там,  -  в  своих  комнатах.

Она (пропуская  его  слова  мимо  ушей).  Постойте.   Он  лез  в  мой  дом.  Это  же  мой  дом!   (с  вопросом  смотрит  на  него.)  Мой  дом,   а  значит...    Так,  быстро,  быстро  говорите -  в какой  он  милиции?

Он.  Я  откуда  знаю?  Увезли  и  увезли.

Она (соображает).   Ага...   Подождите... (с  возрастающим  подозрением.)  Вам  поверили.   А  с  чего  это  Вам вдруг  поверили?   Вы  здесь  никто и  с  чего  это  Вам...

Он (отправляя  в  рот  содержимое  из  банки). В  розыске  не  я,  а  он. 

Она (упавше).  В  розыске?   А.  (медленно.)  Бедный,  бедный  Павлик.   (вставая, с  высокой  скорбью.)  В  любом  случае,  я  должна  попытаться  облегчить  его  участь.  (надевает  верхнюю  одежду.)