ИРА. Дорогой В.П.! То есть, Прянчиков Вячеслав! Вячеслав Прянчиков! Я уже десять лет ношу фамилию «Прянчикова», у меня паспорт на эту фамилию! Так что фамилию ты у меня не заберёшь! Расстанься. Пиши: «И.П. – 20 руб.» Ну?!

СЛАВА. Фамилию ты мою носить не будешь, не будешь, не будешь, не будешь!!!

ИРА. Ёкарный бабай, буду!

СЛАВА. Ёкарный бабай, не будешь!

ИРА. Пиши, ёкарный бабай: «И.П. – 20 руб»! Ну?!

СЛАВА. Что хочу – то и напишу! «И.Н. – 20 руб.»! И всё! Лезешь! Не лезь! Не будешь! Не лезь!

ИРА. Ну, я дозрела. Дозрела я! Довёл ты меня, мать твою! Я тебя бить сейчас буду! Такой пистон тебе сейчас вставлю, что… Такой, такой!!!!

СЛАВА. Только переступи черту!!! Только попробуй!!!! (Поднял Библию над головой).

ИРА остановилась. Молчат, тяжело дышат, смотрят друг на друга.

Нет, нет. Не будут они драться. И так наговорили Бог знает чего. Не будут. Я ведь вам не «чернуху» какую-нибудь пишу. Так что не волнуйтесь.

Стоят, молчат. В трубах сначала тихонечко, а потом всё громче, громче что-то забренчало, застучало, зашипело, полилось, закапало.

ИРА. Что такое? Что такое? Что? Потоп? Что случилось? Сейчас взорвёмся? Что такое? Что?

Молчат, слушают. Вертят головами, смотрят на стены.

СЛАВА (догадался). Это отопление включили?

ИРА. Что? Какое отопление?

СЛАВА. Зима скоро… Отопление включили…

ИРА. Только двенадцатое сентября, какая зима, какое отопление, три часа ночи?

СЛАВА. Забыла где живешь? Первый раз замужем?

ИРА молчит. Идёт по комнате. Подходит к батарее. Трогает её. Трёт руки. Кутается в халат.

ИРА. Действительно, отопление…

СЛАВА пошёл к чемодану. Собирает вещи.

Действительно, включили… Нашли время… Три часа ночи… (Идёт к дивану, садится). Как холодно, действительно… Очень, очень холодно в квартире… Теперь станет теплее, теплее?