И гроза разбушевалась Над моею головой. Знаменит мой род старинный, Но, к несчастью, разорен, А старик на целом свете Только золото и чтит. В одряхлевшем сердце алчность, Как змея, свилась в клубок. Не хотел он, чтоб женился Сын его, Мартин, на той, Что семидесяти тысяч За собой не принесет. В это время от дон Педро Получает он письмо: Тот, старинной дружбой движим, Прочит за Мартина дочь. «Да» — сказать старик боится, «Нет» — сказать ему невмочь: Вдруг, измену обнаружив, В суд подам я на того, Кто нарушил слово чести; Грех Мартина, свой позор Захочу предать огласке! Как тут поступить? И вот Дон Андрес изобретает Хитроумнейшую ложь, Чтобы сбить меня со следа: Сына шлет в Мадрид тайком; Нет отныне дон Мартина, Есть дон Хиль де Альборнос. А отцу Инес, дон Педро, Пишет старый лис письмо, Что связал себя с Хуаной Де Солис его сынок — Незавидною невестой, Без дублона за душой. Но уж если так безумен Легкомысленный щенок, Вместо сына посылает Он дон Хиля. Этот дон Родовит, богат, приятен, Молод и хорош собой. Жадностью к деньгам научен, Дон Андрес расчислил все. Сын покорно согласился… Не простясь, уехал он, И сейчас же в это сердце Подозрение впилось, Многоглазое, как Аргус, И, как рысь перед прыжком,