Елена Алексеевна. Какое письмо, я его отдала.

Вадим Антонович. Ну вот. Откуда ты знаешь, что это за письмо, куда она его понесет?

Елена Алексеевна. Это не мое письмо.

Вадим Антонович. Жизни она хлебнула всякой. От нее можно ждать чего угодно. А потом ходи оправдывайся.

Елена Алексеевна. Оставь, девочка учится в ПТУ, приехала увидеть свою мать, которая когда-то бросила ее и скрылась. А она все равно хочет ее найти, привезла подарки – торт, косынку… Черт возьми, она же все оставила здесь, забыла забрать!

Вошли дочки. Принесли поднос с чашками и нарезанный торт. Одна по-деревенски повязалась косынкой.

Елена Алексеевна. Кто вам разрешил! Вы спросили у меня?

Аня. Мы думали, это подарок.

Елена Алексеевна. Ну и что. Это же не вам подарок!

Вадим Антонович. Нет, что за привычка хватать все, что попадется под руку!

Елена Алексеевна. Что делать, что делать… (Сняла с дочери косынку.) Где пакет?

Аня. Мы его выбросили.

Елена Алексеевна. Куда?

Галя. Мама, все равно поздно. Нельзя же отдавать половину торта.

Елена Алексеевна. Торт можно купить.

Вадим Антонович. Где купить? Свердловский торт, свердловская коробка!

Елена Алексеевна. Ну, Вадим, в конце концов, ничего страшного.

Вадим Антонович. А ты знаешь, что это значит? Ты приняла подарок!

Елена Алексеевна. Ну и что? Ну и приняла.

Вадим Антонович. От кого ты приняла подарок? Соображаешь? Почему ты сочла себя вправе принять этот подарок?

Елена Алексеевна. Ах ты мой хороший! Садись, ешь торт.

Родители сели за стол и некоторое время молча пили чай.

Дочкам было любопытно разобраться, что происходит, но они надеялись, что скоро все выяснится само собой. Они погодки, но не похожи друг на друга: Галя повеселей, Аня посерьезней.