— Да, потерял, — ответил я, судорожно соображая, что я мог бы потерять. — Кольцо, — произнес я наконец и поднял левую руку, в которой по-прежнему держал фонарик, — на ней не было кольца. — Я уронил его, когда падал.

— Тогда надо искать внизу. — В его голосе не было подозрения, просто любопытство. Идеальный зритель, дружелюбный, в меру заинтересованный, в меру безучастный.

— Наверное, да. — Я с трудом встал на ноги — он не предложил мне свою помощь — и поднялся на две ступени вверх, на лестничную площадку, где почувствовал себя в большей безопасности. У меня не было представления о том, кто это может быть. Обнаружив, что подозреваемый убийца семерых человек Джерри Кантер смахивает на шустрого, невысокого подростка, я решил больше не строить догадки на основе досье. Но кем бы он ни был и какой бы располагающей ни была его внешность, он мог оказаться изобретателем ловушек, и в его присутствии я чувствовал себя не в своей тарелке.

Кроме того, я понимал, что должен все ему объяснить. Мне не хотелось, чтобы у постояльцев возникли какие-то подозрения. Пока только доктор Камерон, я да еще постоялец, обнаруживший подпиленную ступеньку, знали о том, что несчастные случаи не были случайными.

— Я проснулся и почувствовал, что очень проголодался. Вот я и подумал, пойду и поищу свое кольцо.

— Его наверняка кто-нибудь уже нашел, — воскликнул он. — Кольцо отдадут доктору Камерону.

— Не припрячут?

— Украдут? — Его шокировала сама эта мысль. — Здесь — никогда. Не в «Мидуэе», нет! Знаете, здесь все совсем не так, как во внешнем мире.

— Верю, — сказал я. — Но неужели здесь не бывает мелких краж?

— Как можно! Вам следует рассказать об этом на групповой терапии. — Он произнес это как нечто само собой разумеющееся, словно я просто забыл о такой возможности. — К тому же, — продолжал он, — воровство — это признак того, что вы не чувствуете себя в безопасности. А кто не чувствует себя в безопасности, живя в «Мидуэе»?