Хиродзи. И ты познакомилась с его отцом и матерью, вежливо всем поклонилась…

Сидзуко. Да.

Хиродзи. Дурочка!

Сидзуко. Это еще не все. Мне предложили помыться в их ванне.

Хиродзи. Не может быть!

Сидзуко. И дядя уговаривал, чтобы я непременно искупалась.

Уверял, что у них очень хорошая ванна.

Хиродзи. И ты пошла?

Сидзуко. Да.

Хиродзи. Одна?

Сидзуко плачет.

Перестань плакать.

Сидзуко. Потом вошла госпожа Айкава.

Хиродзи. Ах, глупая! Глупая! Как же тебе не стыдно!

Сидзуко. А когда я выходила из воды, там оказался еще и Сабуро… Я вскрикнула, он тут же убежал.

Хиродзи. Потом ты, конечно, мило всех поблагодарила и отправилась домой…

Сидзуко. Да.

Хиродзи. Ах, не будь я слепым, так бы этого не оставил! Ну, не надо, не плачь! Все это было подстроено. Они сговорились! Нет, ты уж лучше сперва убей меня, а потом выходи за этого негодяя! Какая мерзость! Мерзость!

Сидзуко. Многим женщинам приходится еще хуже…

Хиродзи. А я к этому бесстыдству привыкать не желаю! Понятно?… Может быть, даже лучше, что дело дошло до этого! Нет, я не потерплю. В конце концов, я мужчина. Меня называли когда-то талантливым художником. Землю буду грызть, а не сдамся. Идем! Идем!

Сидзуко. Куда?

Хиродзи. К Нисидзиме!

Сидзуко. Зачем?

Хиродзи. Ты же не спрашивала дядю, когда шла с ним! Не спрашивай и меня!

Сидзуко. Хорошо.

Обо выходят.

Действие второе

Комната Нисидзимы на втором этаже. Книжный шкаф, граммофон. На стене висит картина. Входит Нисидзима, бросает шляпу на циновку; за ним – Есико.