Седалище женщины — самый вожделенный из всех предметов. Говорю это вам как живописец и как француз.
ГОЛОС ПОМПАДУР (из зрительного зала)
Его величество прибыл для того, чтобы взять на службу величайшего художника Франции, а приобрел в его лице самого пламенного француза. Господин Буше, король назначает вас директором Академии художеств и придворным живописцем Ваш пожизненный титул: Франсуа Буше, Живописец Короля.
Действие первое
На сцене темно. Текст: «Прошло 35 лет». Постепенно сцена освещается. Сначала свет падает на «Одалиску», стоящую на мольберте, на прежнем месте. Все остальное изменилось. Чрезвычайно бедная мансарда с чуланом за занавеской, в которой можно узнать кусок старой парчи. Мебели почти нет, но очень много картин Буше, расставленных на полу вдоль стен. Буше почти все время сидит в своем кресле. О’Мерфи.
БУШЕ (из глубины еще темной сцены)
Собирается гроза. Боюсь, я сегодня снова не удержусь и испорчу воздух. Так-то, госпожа О’Мерфи.
Свет.
О’МЕРФИ
БУШЕ
Не при давайте этому значения, господин Буше. Впрочем, возможно, что сегодня нам предстоит обонять совсем другие запахи.
БУШЕ
Вы опять завели свою шарманку насчет этого дела с квартирой?
О’МЕРФИ
Так ведь никуда от него не денешься.
БУШЕ
Я не в настроении, госпожа О’Мерфи. Поговорим об этом в другой раз.
О’МЕРФИ
Я посмотрела квартиру, которую отводит нам домовладелец, господин Лемегр. Говорю вам, я не привередлива, но квартира скверная. Под ней какая-то жуткая кухня, а там по нескольку раз жарят на одном и том же сале, и вся вонь идет наверх, в квартиру. Представляете, как воняет прогорклое сало?
БУШЕ
Вопрос не вызывает у меня желания отвечать.
О’МЕРФИ
Вы должны принять решение.