Декко. Ну, тебе это не угрожает.

Стрейф. Мы же здесь всегда вместе.

Стрейф. Я говорю вон про того человека.

Декко. А-а, понятно. По-моему, он коммивояжер.

Стрейф. Упаси бог.

Декко. Скорей всего, торгует удобрениями.

Стрейф. В подобных заведениях не бывает людей такого сорта. Даже в Ирландии.

Декко. Теперь на них можно нарваться где угодно.

Стрейф. Он больше похож на строителя. Подрядчик, подыскивает земельные участки.

Их голоса смолкают.

Милли (от автора). Я не принимала участия в споре. Тот одинокий человек не показался мне интересным. Рыжеволосый, лет тридцати, в синем саржевом костюме, без галстука, воротничок рубашки расстегнут и выпущен поверх пиджака. Выглядел он, пожалуй, простовато и заметно отличался от обычной публики Гленкорн-Лоджа. В гостиной, как и в столовой, человек сидел в глубокой задумчивости, словно был поглощен сложными расчетами. В столовой перед ним лежала газета, и теперь, так и не развернутая, она покоилась на подлокотнике кресла.

Декко. Странно, он улыбнулся Синтии.

Стрейф. Синтии? Не понимаю.

Декко (громко смеется). Он вдруг поднял голову и улыбнулся, когда она проходила мимо. Сидел с таким видом, будто вообще не умеет улыбаться, и надо же, когда она проходила мимо…

Милли. Должно быть, Синтия пожелала ему доброй ночи.

Декко. Да, наверное.

К ним быстро подходит мистер Молсид.

Mолсид. Все в порядке, майор? Как устроились?

Стрейф. Превосходно, благодарю вас.

Декко. Отлично.

Милли. Куриные котлеты были бесподобны, мистер Молсид.

Молсид. В этом сезоне Макбрайд постарался разнообразить меню. Надеюсь, вам понравится, как он готовит устрицы в коньячном соусе.

Милли. Обожаю устрицы.

Стрейф. А кто это сидит вон там? Тот рыжий малый?

Молсид. Приношу свои извинения, мистер Стрейф. Виноват, он заказал номер по телефону.

Стрейф. Боже мой, вы меня не так поняли. Потрясающий парень. Мы просто полюбопытствовали.