Второй мужчина. Он вроде ездил сдавать экзамены в гимназию. И что, сдал?

Первый мужчина. Не знаю, думаю, все в порядке. Хозяин страсть как беспокоился.

Второй мужчина. Да уж наверное. (Серьезно.) Кстати. Недавно встретил Дзинскэ, что в центре города живет. Слышал от него хорошую новость.

Первый мужчина. Да? Какую?

Второй мужчина (задумчиво покачал головой). Правда, не нашего ума это дело… Соседская девица – дочь налогового начальника – оказывается, вместе с нашим-то ездила. Первый мужчина. Да ну?! Зачем?

Второй мужчина. Эта девица ведь тоже бойкая. «Я, – говорит, – в женскую гимназию поступать поеду».

Первый мужчина (враждебно). И эта – туда же?!

Второй мужчина. Я когда услышал, что дочь этого черта

бородатого с молодым господином ездила – он тоже хорош! – такая досада меня взяла!

Первый мужчина. Это кто-нибудь видел?

Второй мужчина. Дзинскэ своими глазами видел, как они в поезд садились. (Ехидно.) Когда эти двое выставились из одного окна, вот была картинка!

Первый мужчина. Ну, паршивка!

Второй мужчина. Ах ты, черт бородатый!

Первый мужчина (вздохнул). Никак не могу поверить, что они вместе ездили.

Второй мужчина. И я не могу…

В это время слева, со стороны ограды, слышатся голоса: женщины что-то кричат мужчинам.

Бабы из дома этого бородатого черта чего-то кричат нам.

Первый мужчина (вызывающе, оскалившись). Ну, чего орете? Не слышно!

Голос первой женщины. Не смейте кидать снег к изгороди!

Первый мужчина. Почему? (Второму.) Кричит, что нельзя кидать снег к изгороди.

Второй мужчина. А кто кидал туда снег? Если у вас есть глаза, где вы видите там снег?

Голос первой женщины. Вот люди! Поглядите, да ведь вы же завалили снегом всю изгородь!

Голос второй женщины. Слепые они.

Первый мужчина. Что болтаешь? «Слепые»… Ишь, свалились на нашу голову. И вообще… Раз у черта бородатого кормятся, – сами, значит, черти.