- Именно время. Как раз сейчас самое время обо всем этом говорить! Дай же ты сигарету, наконец! Я давно тебя попросила, а ты, словно, ничего не слышишь!

Алексей протянул ей пачку "Родопи". Лена вытащила сигарету, сунула в рот, Алексей чиркнул спичкой. Лена неумело затянулась и ещё больше помрачнела.

- Меня скоро переведут служить в Среднюю Россию, я уже говорил с командиром полка, - неуверенно произнес Алексей.

- Я знаю, год назад ты с ним говорил, или ещё раньше, - Лена сделала подряд несколько глубоких затяжек. - Вернее, это ты мне говорил, что с ним говорил...

- Лена, скоро поезд, так нельзя расставаться, - досадливо махнул рукой Алексей. - Нельзя так, - повторил он.

- Нельзя, нельзя, - согласилась Лена. - А так жить можно? Нет, ты мне скажи, так жить можно, как мы живем? В каких условиях мы жили в этом проклятом месте? Это разве жизнь? Разве этого я хотела, когда выходила за тебя замуж?

- А чего ты хотела? - помрачнел Алексей, пристально глядя на нее.

- Чего хотела? - сузив глаза, переспросила Лена. - Не знаю, Алеша. Наверное, того же, чего и все женщины, выходящие замуж. Счастья...

- А разве мы с тобой не были счастливы? - почувствовав подступившую к горлу обиду, прохрипел Алексей.

- Может быть, и были... Месяца два перед женитьбой. Да еще, когда я была беременна, и когда Митька родился. А так... Переезды, ожидания, война в Афганистане.. Твое ранение... Нет! - вдруг крикнула она, схватив за рукав мужа и сверкнув голубыми большими глазами. - Я была счастлива, была, когда ты вернулся оттуда живым... Раненым, но живым... Счастлива, когда встречала тебя на вокзале в Белгороде... А потом..., - опустила она руку и снова понизила голос. - Потом все постепенно стало как-то обыденно, скучно, пусто... Эти гарнизоны, казенные квартиры с убогой мебелью... Эта жара, пыль, ишаки... Эти люди вокруг... Скучные грубые солдафоны, мещанки-жены.