– Раздень меня, я прошу тебя, раздень.

– Это ты сейчас кому сказал, мне?

– Сними с меня или с себя с ними, потому что так больше нельзя.

– Знаешь, что у меня есть?, – разговаривает со мной Жанна, – знаешь, что у меня, для тебя есть? У меня есть таз. Таз, для твоего говна, знаешь, что такое говно?

– Или себя раздень. Меня раздень или себя, кого хочешь. Ты кого хочешь, меня или себя?

– Знаешь, кто ты?

– Вот и июль вторая половина, а дождей все нет, и не дождешься.

– А я кто, знаешь, или мне дежурного врача позвать? Знаешь, кто это такой «дежурный врач»? Советую быстрее вспоминать, а то он тебе такой, тебе укол поставит, что ты еще шесть лет будешь, гнить тут в собственной моче и кале, и, скорее всего, не шесть, а вообще никогда уже не проснешься, кто я? Знаешь, кто я? Отвечай, или прощай твой единственный шанс, встать на ноги и посмотреть в окно.

– Ты Жанна М.

– Правильно. А ты? Отвечай, а то позову врача, и твоему выздоровлению, конец.

– Раздень меня, пожалуйста, или сама разденься.

– То-то. Можешь, когда хочешь. А краткое имя у тебя Петр. А сколько тебе лет, Петр, ты помнишь?

– Да, помню, шестьдесят три. Я 1950-го года рождения, у меня всего лишь тринадцать лет назад был юбилей.

– Ладно, раз ты ко мне навстречу, то и я к тебе. Раздену.

Ремарка

И вот, уже Неля (потому что женщину эту на самом деле зовут Неля, а не Жанна, и она не из детства и не М., а она, из другой, совсем другой жизни, Неля и фамилия ее начинается на Д, хотя, какое это имеет значение, как, кого зовут в действительности, потому что, будь ты хоть трижды Неля Д, из взрослой жизни, но если приняли тебя, как Жанну из детства М, то так оно и есть в настоящий момент. Кого кем называют, тот тем и является, и вопрос этот закрыт), подходит эта Неля Д, названная М. Жанной, к Петру лежащему на кровати посреди замершего озера (в больничной палате), и снимает с него намордник, и отстегивает его руки от спинок койки, и снимает с него всю одежду.