Первая женщина. Да.

Старуха. А теперь и к отшельнику.

Первая женщина. Мы в него верим.

Старуха. О детях его просите, а сюда каждый год все больше холостых мужчин ходит. С чего бы это? (Смеется.)

Первая женщина. Если не веришь, зачем пришла?

Старуха. Поглядеть. Люблю поглядеть, грешница! И за сыном присмотреть. Тут в прошлом году двое друг друга убили из-за одной порожней. А вообще-то хочу – и хожу!

Первая женщина. Бог тебе судья. (Уходит.)

Старуха (ехидно). И тебе. (Уходит.)

Входят Мария и первая подруга.

Первая подруга. Приехала она?

Мария. Вот ее фургон. Еле упросила! Она целый месяц с места не вставала. Я ее прямо боюсь. Вбила себе что-то в голову недоброе…

Первая подруга. А мы приехали с сестрой. Она восемь лет ездит, и ничего.

Мария. Кому положено, та и родит.

Первая подруга. Вот я и говорю.

Слышатся голоса.

Мария. Не люблю я сюда ездить. Пойдем на луг, там весь народ.

Первая подруга. В прошлый раз, когда стемнело, какие-то парни хватали сестру за грудь.

Мария. Кругом на четыре лиги бог знает что говорят!

Первая подруга. А за часовней я видела сорок бочонков вина.

Мария. Холостяков тут – как воды в реке.

Уходят. За сценой – голоса. Входят Йерма и другие женщины; они идут босиком к часовне с витыми свечами в руках. Смеркается.

Йерма.

Вторая женщина.

Йерма.

Все женщины хором.

(Опускаются на колени.)