Йерма. Я тебя не пойму.

Первая старуха. Зато я себя понимаю. Ты не горюй. Жди. Ты еще молодая. А от меня какая помощь… (Уходит.)

Появляются подруги.

Первая подруга. Куда ни пойдешь – народ.

Йерма. Все в оливковых рощах, работают, им надо еду носить. Одни старики дома.

Первая подруга. Ты в деревню?

Йерма. В деревню.

Первая подруга. А я вот спешу. Ребенка одного дома оставила, он там спит.

Йерма. Беги, беги, детей оставлять нельзя! Свиньи у вас есть?

Первая подруга. Нету. Но ты права. Поспешу.

Йерма. Иди. Не дай бог, что случится. Ты его заперла?

Первая подруга. А как же!

Йерма. Ах, не знаете вы, что такое младенец! Все для него опасно. Иголка, глоток воды…

Первая подруга. Да, да, побегу. Твоя правда, я как-то не подумала.

Йерма. Беги.

Вторая подруга: Было б у тебя душ пять, ты бы так не говорила.

Йерма. Почему? Да хоть бы сорок!

Вторая подруга. И все же нам с тобой без них спокойней.

Йерма. Мне? Нет.

Вторая подруга. А мне – да. Мало у меня забот! Вот мать, та меня все травами поит, а в октябре поедем к святому, говорят, он помогает, если очень попросить. Вот мать и попросит. Не мне же!

Йерма. Зачем же ты замуж выходила?

Вторая подруга. Выдали. Все выходят замуж. Если так и дальше пойдет, одни девчонки свободны останутся. Любить-то можно и без церкви, да старухи пристанут, не отвяжутся. Мне вот двадцатый год, не хочу я ни стряпать, ни стирать, а целый день кручусь, мучаюсь… На что это мне? Зачем нам с мужем было жениться? Мы и раньше тем же самым занимались. Все старухи навыдумывали…

Йерма. Что ты такое говоришь?

Вторая подруга. Ты меня полоумной назовешь? Полоумная, полоумная… (Смеется.) А я одно знаю – все по домам сидят и делают, что не хочется. Мне на улице лучше! К ручью побегу, в колокола ударю, рюмочку выпью.