Рафф еще раз перечитал телеграмму из Бостона:

 – Дело вот в чем, – сказал Эбби, аккуратно ставя бутылку на пол. – Я никак не могу пойти на вокзал. Этот комитет по устройству бала соберется как раз в пять часов. Не пойдешь ли ты, Рафф?

Рафф развел руками. Ну и денек! Прекрасный, но уж до того неудачный!

– Должен работать сегодня вечером. Времени осталось в обрез. А утром нужно бежать к "Скотту и Эймзу" – новая работа, сам понимаешь... – Он заколебался, увидев, как огорчен Эбби.

– Но Трой не так уж плоха, право же, Рафф! Если хочешь знать, она просто чудесная девушка, несмотря на все свои штучки. Только никто этого не понимает.

– Не старайся заинтриговать меня, ублюдок несчастный!

– Нет, Рафф, серьезно! С ней бывает трудновато, но в общем она – ужасно милый младенец. Ей хочется поразить весь мир, а удается только сконфузить своих родных и друзей. У Трой за всю ее жизнь был один-единственный роман, но ей нравится делать вид, что у нее их десятки. Это ужасно глупо, но кто-нибудь вроде тебя... ведь я, черт возьми, столько писал ей о тебе... – Эбби вдруг смутился и умолк.

– Ты писал? – переспросил Рафф.

– Забавнее всего то, – Эбби наклонился к Раффу, – что она непременно врежется в тебя. Я предчувствую, что так и будет.

– Знаешь, Эбби, давай-ка не будем говорить о предчувствиях. Сегодня, когда я проснулся, у меня была их тысяча. Но пока что единственная премия, которую мы с тобой получили, это твоя сестра.