Велик-боярин (говорит негромко и неторопливо, все одним тоном, без крику). Не говори: не знаю. Найди; где хочешь, найди. А глупыми речами мне не докучай. Не люблю. (При входе боярина все ломают шапки, кроме Лычикова. Боярин заметил это и обращается к нему.) Ты чей?

Лычиков. Божий.

Велик-боярин. Тебя спрашиваю.

Лычиков. Государев еще.

Велик-боярин (ко всем вообще). Чей такой? (Все молчат, переминаются.)

Лычиков (одну ногу выставил и притоптывает ею). Ну, Лычиков. Ну, стольничий сын — ну?

Велик-боярин. Чертишь тут без отца-то… Черту молебны правишь!

Лычиков. А ты что за правитель выискался? Что чужих учишь, своих народи.

Велик-боярин. Тебе на роду, знать, написано — дураком быть. (Лычиков пошел было, боярин вслед ему.) Да ты постой.

Лычиков (остановись). Что забыл?

Велик-боярин. Постой, пожди. Ты с неким плутом, вором и ябедой, с Скабеевым, со Фролкой, я слышал, дружбу водишь. Правда, нет ли?

Лычиков. Не плут, не вор, а мне благоприятель и друг сердечный — Фролушка Скабеев. Аль до него какое дело есть?

Велик-боярин. Посмел твой друг и плут сердечный, Фролка, со мной тягаться: якобы владею захватом и наездом Новым Лугом. За ту его великую обиду велю его в железы заковать, да на Москву свезу, царю с поклоном, чтобы выдали мне вора головой.

Лычиков. Поймаешь, крепче сторожи. (Своим.) Айда.

Велик-боярин. Постой, зачем его хоронишь, плута? Ты выдай мне, со мной не ссорься лучше; с твоим отцом сидим в одном приказе: за дурость за твою не раздружаться.