Дворецкий и слуги. Не казни, помилуй, государь!

Велик-боярин. Э! да вы Лычиковых кнутов пуще моих испужались. Добро ж! узнаете, где крепче стегают.

Все. Ой, государь!

Велик-боярин. Не выть. В погоню. Живо! Айда! (Все вскакивают на ноги.) Тут кто не видали ли — куда поскакали.

Входят три мужика.

Велик-боярин. Эй вы, лешие! Лычикова тройка куда помчалась, не видали?

Мужики (падая ему в ноги). На усадьбу, государь, прямехонько к нему на усадьбу!

Дворецкий. Да вы верно знаете? Его ль тройка?

Сенька. Не его, чья же?

Ванька. Кто народ давит — знаем.

Антипка. И-и-и, беда!

Велик-боярин. Так на усадьбу?

Ванька. Верно, государь, хоть побожиться.

Сенька. Едва с дороги сбежать успели, чуть окаянный не задавил. Чтоб ему!..

Велик-боярин. Нечего калякать. Айда!

Уходят: Велик-боярин, подьячий, дворецкий и слуги.

Сенька (вставая). Ванька! Слышь, Васильич, вставай. Ушли.

Ванька (вставая). Много ль бросил?

Сенька. Рублевик.

Антипка. (подымаясь). И-и-и! важно!

Сенька. Я скажу, ребята, за Фрол Скабеевичево здоровье свечку поставить — вот что. Из кабалы вызволил, по рублю велел; опять: рублевик кинул. Отец родной.

Ванька. Верно.

Сенька. Вечно бога за него молить — вот что.

Ванька. На алтын не выпить ли?

Сенька (указывая). Кружало — вот оно.