Голос возника (за сценой). Пади! Пади! Раздавлю! Пади!

Лычиков (за сценой). Стой, стой, говорю!

Голос возника (также). Не сдержать, расскакались!

Лычиков. А ты держи! Возник на то!

Слышны крики: «тпру» и проч., как останавливают лошадей.

Фрол. Эк разогнали — сдержать не могут!

Входит Лычиков с целой оравой слуг.

Лычиков. (бросаясь к Фролу). Фролка, дружище, скот ты этакой! Где пропадаешь, что буркал своих не кажешь?

Фрол. Откуда, черт, скачешь, народ давишь?

Лычиков. А они на дороге не стой! Да нет, ты где пропадал?

Фрол. Я чаял, ты на Москву удрал.

Лычиков. Здесь вольней! Опять: тебя люблю. Не еду, кучу. Отец зовет, а мне гулять охота! Здесь живу, не еду.

Фрол. Аль вино не все перепито? Аль пива-меды не все по полу розлиты?

Лычиков. На наш с тобой век хватит. — Ух, важно! Едем. Прокачу! И ловко ж вчера дерганули! Да что — тебя не было, без тебя не веселье. Едем.

Фрол. Погодишь. Вершник хоть один с тобой есть ли?

Лычиков. И пяток найдется.

Фрол. Так дай одного, к сестре гонцом послать.

Лычиков. Бери. С чем пошлешь?

Фрол. А ты давай, не спрашивай! (Фрол машет рукой. К нему подходит один из слуг. Фрол ему тихо отдает приказ; тот уходит.)

Лычиков. Ну, теперь едем.

Фрол. Куда ехать! Со мной беда. Вот подьячий челобитье на Москву с Велик-боярином послали.