Хамм. А чайки?

Клов (продолжая смотреть). Нет!

Хамм. А горизонт? На горизонте ничего нет?

Клов (опуская подзорную трубу, поворачиваясь к Хамму: теряя терпение). Ну и что, по-твоему, должно быть, там на горизонте?

Молчание.

Хамм. Волны, как там волны?

Клов. Волны? (Направляет подзорную трубу наружу.) Свинцовые.

Хамм. А солнце?

Клов (продолжая смотреть). Отсутствует.

Хамм. Оно должно было как раз садиться. Поищи хорошенько.

Клов (поискав). К черту.

Хамм. Значит, уже ночь?

Клов (продолжая смотреть). Нет.

Хамм. А что же?

Клов (продолжая смотреть). Все серое. (Опуская подзорную трубу и поворачиваясь к Хамму; громче.) Серое! (Пауза. Еще громче.) СЕР-РОЕ!

Спускается со стремянки, подходит к Хамму сзади и говорит ему прямо в ухо.

Хамм (вздрагивая). Серое! Ты сказал: серое?

Клов. Светло-черное. По всей вселенной.

Хамм. Ты преувеличиваешь. (Пауза.) Не стой там, мне становится страшно.

Клов (возвращается на свое место у кресла). К чему вся эта комедия, день за днем?

Хамм. Привычка. Никогда не знаешь заранее, что может пригодиться. (Пауза.) Сегодня ночью я заглянул себе в грудь. Там была большая болячка.

Клов. Ты просто увидел свое сердце.

Хамм. Нет, она была живой. (Пауза. Горестно.) Клов!

Клов. Да.