Виттория. Какой безрассудный человек! Он хочет совершенно погубить свою репутацию.

Д. Марцио. Прождали вы его сегодняшнюю ночку?

Виттория. Я боялась, не случилось ли с ним какого несчастья.

Д. Марцио. А разве это не несчастье: проиграть сто цехинов и тридцать на слово?

Виттория. И все эти деньги он проиграл?

Д. Марцио. Да! Больше проиграл. Играет и дни и ночи, как разбойник.

Виттория. Несчастная я! У меня сердце разрывается.

Д. Марцио. Теперь принужден продавать чуть не даром несколько кусков парчи; ну, а потом и конец.

Виттория. Я надеюсь, что он не доведет себя до разорения.

Д. Марцио. Да уж все заложено.

Виттория. Извините, неправда.

Д. Марцио. И мне вы это говорите?

Виттория. Я его знаю лучше, чем вы.

Д. Марцио. Да если он мне заложил… Довольно; я благородный человек, не хочу ничего больше рассказывать.

Виттория. Сделайте милость, скажите, что он заложил. Может быть, я не знаю.

Д. Марцио. Подите, у вас муж отличный человек.

Виттория. Скажите мне, что он заложил?

Д. Марцио. Я благородный человек и ничего вам не скажу.

Входит Траппола с коробочкой, в которой серьги.

Сцена восемнадцатая

Траппола и те же.

Траппола. Вот и я здесь! Бриллиантщик говорит… (Про себя.) Ух! что я вижу! Жена синьора Евгенио: буду говорить потихоньку.

Д. Марцио (тихо Трапполе). Ну, что же говорит бриллиантщик?