М е н е к р а т. Ничего, суд в Дельфах скорый и справедливый. Он быстро решит, по зубам ты нам, или не по зубам!
Делает знак т о л п е, и та расходится.
Э з о п с Х е р е е м также уходят.
М е н е к р а т и А н т и ф о н т молча глядят в зрительный зал.
КАРТИНА ТРЕТЬЯ
Открытое место в горах. Только что построенное святилище Мнемозины: белый храм с колоннами, в глубине которых видна статуя богини. В стороне справа храм Аполлона, перед ним треножник, рядом с которым п и ф и я и осуждающие фигуры ж р е ц о в. Рядом с новым святилищем Мнемозины – т о л п а н а р о д а, здесь же Э з о п, Х е р е й, К о р и н н а с царской шутовской короной на голове и в таком же царственном одеянии, М е н е к р а т, А н т и ф о н т, другие ч л е н ы А р е о п а г а. Среди т о л п ы то тут, то там мелькает лицо А п о л л о н а.
П е р в а я ж е н щ и н а. Нам объявили, что будет необыкновенное зрелище, а мы толпимся здесь уже три часа, и видим только горы, да рожи своих же товарок по рынку, от которых тошнит не меньше, чем от этого бесконечного ожидания.
В т о р а я ж е н щ и н а. Твоя правда, подруга, ждать да догонять – самое последнее дело. Уж лучше бы я стояла на рынке, и торговала свежими овощами, чем видела эти подлые хари, в том числе и твою, которая осточертела мне еще в позапрошлом году.
П е р в а я ж е н щ и н а. Ах ты, мерзавка, украла у меня тележку со спаржей, и до сих пор не вернула четыре обола! Сама ты подлая харя, а овощи у тебя лежалые и воняют селедкой!
В т о р а я ж е н щ и н а. Это у меня овощи воняют селедкой? Да у тебя самой лицо как селедка, и покупатели предпочитают брать товар у других, и не подходить к такой тухлой рыбе, как ты!