Мария

Денег у меня хватало, я блудила не ради них. Он простил меня…

Лонгин

А кто Он тебе такой, чтобы прощать? Если бы Он был тебе отцом или мужем — тогда я сказал бы, что Он человек великодушный и добрый, может быть, даже слишком. Но Он тебе никто!

Мария

Нет, Он мой Господь. И тебя Он тоже простит, сотник.

Солдаты смеются, Лонгин улыбается.

Лонгин

Да неужели? Ну вот тут уж вышла промашка: я не нуждаюсь в прощении. Хвастаться я не люблю, Мириам, и говорю только то, что есть: так вот, я хороший человек, и греха на мне нет. Я не грабил и не насиловал, не брал взяток и не убивал невинных. Я всегда отдаю свои долги, не обижаю моих солдат и не подлизываюсь к старшим, честно несу службу, приказов слушаюсь, стрелам не кланяюсь и меча не боюсь. Я даже по девкам не хожу, потому что мы с моей женой поклялись друг другу в верности. И твой Учитель мне не Господь, и в Его прощении я не нуждаюсь.

Мария

Еще и ночь не настанет — а ты будешь нуждаться в нем как никто другой.

Лонгин

Это почему же?

Мария

Потому что ты убьешь Учителя.

Лонгин

(солдатам) Уведите ее. Она слегка не в себе от беспокойства, я не вижу в этом преступления, так что вы проводите ее вниз и отпустите.

Кратон

Идем, красавица!

Солдаты с Марией направляются к двери.

Лонгин

Стойте! Максимус, Кратон, я знаю вас обоих. И вы знаете меня, что мое слово твердо. Если я дознаюсь потом, что по дороге вы эту женщину обидели, я шкуру с вас обоих спущу. А я дознаюсь.

Максимус

Да бросьте, командир! Шлюха, что бы ни говорила — всегда шлюха!

Лонгин

А приказ — всегда приказ, и я приказываю пальцем ее не трогать! Марш! И через минуту я должен видеть, как вы с ней вышли из нижней арки и вошли назад без нее!

Через другие двери входит Пилат — озабоченный, погруженный в себя, он какое-то время не замечает Марию.