Перлимплин. О да!.. Так еще никогда не вздыхала ни одна женщина, правда?

Маркольфа. Ваша любовь похожа на сумасшествие.

Перлимплин (весь дрожа). Да, да! Я хочу, чтобы она любила этого юношу больше, чем самое себя и свое прекрасное тело. И она любит его, любит.

Маркольфа (плача). И слушать-то вас страшно… Боже мой, ну как же это можно?! Дон Перлимплин, как же это можно?! Ведь вы сами толкаете свою жену на путь греха, ужасного греха! Почему? Почему?

Перлимплин. Потому что у дона Перлимплина нет самолюбия и ему хочется поразвлечься. Поняла? Сегодня ночью придет новый и неизвестный любовник нашей сеньоры Белисы. Что ж мне остается делать? Только петь. (Поет.) У дона Перлимплина нет самолюбия! Нет самолюбия!

Маркольфа. Вот что, сеньор: с этой минуты я у вас больше не служу, я считаю себя свободной. У служанок, сеньор, тоже стыд есть!

Перлимплин. О, наивная Маркольфа!.. Завтра ты будешь свободна как птица. Подожди до завтра… А теперь иди, исполняй свои обязанности. Ты сделаешь то, что я сказал?

Маркольфа медленно отходит от него, вытирая слезы.

Маркольфа. Ну как мне быть? Как быть? Придется!

Перлимплин. Прекрасно! Вот это мне нравится.

Слышатся тихие, нежные звуки серенады. Дон Перлимплин прячется за розовый куст.

Белиса (поет за сценой).

Омывает уснувший берегпрохладная влага ночи.

Голоса.

Прохладная влага ночи.

Белиса.

И на белой груди Белисыумирают от любви бутоны.

Голоса.

Умирают от любви бутоны.

Перлимплин.

Умирают от любви бутоны!

Белиса.

Обнаженная ночь запелана тонких мостиках сада.

Голоса.

На тонких мостиках сада.

Белиса.

Упали на плечи Белисыдушистые ветки жасмина.

Голоса.

Душистые ветки жасмина.

Перлимплин.

Умирают от любви бутоны!

Белиса.

Разлила серебристые струйкилуна по высоким крышам.

Голоса.

Луна по высоким крышам.

Белиса.

К белым ногам Белисыприльнули душистые травы.

Голоса.

Умирают от любви бутоны!

В сад входит Белиса, одетая с необычайной пышностью. Сцена залита лунным светом.



14 из 18