Входит Тэттл.

Тэттл. Доброе утро, Валентин! Ваш слуга, Скэндл, если только вы не станете прохаживаться на мой счет.

Скэндл. Это вы можете требовать лишь от собственного слуги. А пока я принадлежу себе и, уж во всяком случае, не вам, я этого не обещаю.

Тэттл. Ну как бессердечно!

Валентин. Не обижайтесь на его речи, Тэттл! Разговор с ним подобен игре в "молву"

Тэттл. Как ему, верно, тяжело и неприятно, что все его наветы лишь способствуют светскому успеху его жертв! Я вот, бог миловал, всегда на редкость деликатен в своих отзывах о людях.

Скэндл. Конечно, ведь вы общаетесь с таким сбродом, что без особой деликатности о них не расскажешь.

Тэттл. Слыхали — "сбродом"? Ну почему "сбродом"? Вы же не знаете этих людей. Как немилосердно!

Скэндл. Не знаю? Как бы не так! Вы же водитесь только с теми, от кого идет смрад на всю столицу.

Тэттл. Ха-ха-ха! Изволите шутить! Кому же неизвестно, что такого за мной не водится! С того дня, как я узнал первую женщину, Валентин, я ни одну из них, спаси бог, не ославил.

Валентин. Но встречались-то вы не с одной.

Тэттл. Сказать вам по чести, да. Что ж, я могу признаться в этом и даже сказать, пусть это будет грубовато, что я в жизни не путался с женщиной, у которой был кто-то другой.

Скэндл. Неужели?!

Валентин. Ей-богу, я ему верю! Мужья ведь не в счет, Тэттл?

Тэттл. Ах что вы!..

Скэндл. Ну а что у вас было с этой милой мещаночкой, миссис Блудл?