В его доме можно было встретить весь цвет русско-еврейской интеллигенции 90-х годов: Шолом-Алейхема, Фруга, Менделя Мойхе Сфорима, Левинского, Житловского, Кулишера, Бараца, а также первых деятелей сионизма: Усышкина, Темкина, Хаима Бялика, Ахад Гоома и др. В то время, в конце прошлого столетия,Житомир был одним из центров духовной жизни еврейства. Передовые элементы вели тогда отчаянную борьбу с традиционной изолированностью еврейства и пытались, наперекор ортодоксам, разрушить духовное гетто и приобщить еврейскую молодежь к русской и европейской культуре.

Эта просветительная и освободительная проповедь нашла отклик во многих сердцах. В Житомир из черты оседлости потянулись молодые люди. Они приходили из ешиботов- закрытых школ, где изучались основы еврейской религии и еврейской традиции, - жили впроголодь и готовились к экзаменам на аттестат зрелости в качестве «экстернов».

. Они давали друг другу уроки - это была единственная форма заработка, - терпели нужду и холод и учились - учились запоем. Они отращивали себе длинные волосы, носили бородки, надевали для пущей важности очки и демонстративно проявляли свое презрение к традициям. То была пора еврейского нигилизма. Средоточием духовной жизни являлась библиотека, служившая в то же время и клубом. Толстые журналы, в которых печатались произведения Короленко, Горького, Андреева, разбирались нарасхват. Тут же читатели знакомились между собой, спорили по поводу прочитанного и с нетерпением ждали очередной книжки «Мира Божьего» или «Русского Богатства».

. Единомышленники составляли кружки и группы, по заметкам и подчеркиваниям в журнале или книге узнавали людей одного толка и завязывали с ними дружбу. В сумерки возле биржи молодые люди встречались друг с другом на «прогулке».

. Помню, с каким трепетом и волнением я отправился в первый раз на такую «прогулку» ,на которую непосвященного принимали только, если он знал«пароль», служивший и пропуском, и свидетельством зрелости.