ВЕРЗИЛОВ. Имитация! Пламя искусственное!

ЛЯМКИН. А Сталин — настоящий. Та-та-та-кой страшный!

ГЕНКИНА. Да, объясните нам, господин Верзилов! Если все — символическое, то почему Сталин настоящий?

ВЕРЗИЛОВ. Признайтесь, вы меня разыгрываете — как здесь может Сталин оказаться?

Входит Иосиф Виссарионович Сталин. На нем простая однотонная пижама, похожая немного на френч, мягкие тапочки. В руке держит трубку, время от времени подносит ее ко рту, посасывает мундштук. Говорит медленно, движется степенно.

СТАЛИН. Здравствуйте, товарищи.

Пауза

Вы можете сесть.

КОБЫЛЯЦКАЯ. И правда, что это мы стоим? Давайте сядем.

Садятся на стулья и кровать. Верзилов очень растерян, он едва не садится мимо стула. Один лишь Лямкин нервно мечется по комнате.

СТАЛИН. Вы тоже присаживайтесь, гражданин Лямкин.

ЛЯМКИН. Спасибо, постою! Я сам решаю, ко-ко-ко-когда стоять, а когда сидеть!

СТАЛИН. Похвально, гражданин Лямкин. Я положительно отношусь к людям инициативным. Вы, Лямкин, человек, умеющий принимать решения, не так ли? смотрит внимательно, переводит взгляд на Верзилова. Значит, вы — политик Верзилов?

ВЕРЗИЛОВ. инстинктивно вскакивает, вытягивается перед Сталиным

Ва-ва-ва… Ве-ве-ве-верзилов…

СТАЛИН. От страха заикаетесь или от холода?

ЛЯМКИН. Господин Ве-ве-верзилов возглавляет партию «Справедливость»!

СТАЛИН. Любопытно. Справедливость районного масштаба. Вы политик районного масштаба, Верзилов?

ВЕРЗИЛОВ. Несет околесицу

Па-па-па… де-де-де… в общих чертах… собрали десять… и даже с процентами… ва-ва-ва… праймериз…

СТАЛИН. Вы что, пьяны, Верзилов?

ЛЯМКИН. Па-па-партия Справе-ве-ве-ве-дливость набрала на последних выборах десять…