Не хочу сказать, что являюсь таким уж примечательным персонажем. Просто, хорошо это или нет, все, что я пишу в книге, увидено моими глазами. И теперь мне уже не остановиться. Я делаю это, по примеру других писателей, так ловко, что автора просто невозможно ввести в фильм.
Любой глубоко прочувствованный роман при экранизации становится на одного героя беднее, и от этого мне бывает неуютно. Наверное, и прочие зрители где-то в подсознании чувствуют себя неуютно -- и все по той же причине.
По-моему, самое плохое в кино то, что оно убивает те представления, которые, с моей подачи, живут в головах у читателей. Кино не допускает иллюзий. Там они просто невозможны. Оно отпугивает своей реальностью и напоминает мне макеты комнат в мебельном магазине Блумингдейла.
Зрителю не остается ничего, кроме как, раскрыв рот, таращить на экран глаза. На свете есть только один "Механический апельсин" Стенли Кубрика. На свете есть десятки тысяч "Механических апельсинов" Антони Берджеса. Ведь каждый читатель сам раздает роли, подбирает костюмы, ставит и оформляет спектакль у себя в голове.
Правда, большим неудобством в писательской работе является то, что книга -- штука не для всех. Многие и читать-то толком не умеют.
Все, довольно сравнений. Ибо, как сказал один мой приятель в ответ на другую мою, по меньшей мере, странную теорию: "В этом есть все, кроме оригинальности".
Хочу сказать пару слов об экранизации моей пьесы "С днем рождения, Ванда Джун". Это один из самых неудачных фильмов, и я рад, что он с треском провалился.
В этом виноват режиссер, от которого обычно зависит все. Пример тому -- "Бойня номер пять". Она изумительна, ведь ее ставил великий режиссер. Великий режиссер -- это Джордж Рой Хилл.
Случилось так, что я не имел ни малейшего отношения к сценарию "Бойни номер пять". Эту работу проделал за меня Стивен Геллер. И, надо сказать, проделал великолепно. Я не виделся с ним до выхода картины на экран. Он тоже писатель, и я спросил его, что ему больше нравится писать -- романы или киносценарии? Он ответил, что больше любит писать романы -- ведь они никогда не выходят из-под его контроля.