Купер. Yes. Я уважаю совет женщин. You know, Katya, if your eyes are the reflection of your soul they must see the world around perfectly well.

Ксюша. Какая прелесть! Катенька, он делает вам изумительный комплимент… Ваши глаза… Я не знаю, как перевести…

Жданович (насмешка). Если ваши глаза есть зеркало души, то как прекрасно они видят окружающий мир. Вот и весь изумительный комплимент.

Купер. Yes, yes, Katya Maeva!

Ксюша. Но вы способны сказать что-нибудь такое?

Жданович. Ксюша, вы мне сию минуту заявили, что я несчастный циник. Если бы это море было не столь ничтожно, то я бы утопился.

Ксюша. Где вы воспитывались, Жданович?

Жданович. В классической гимназии, моя Афродита. Затем в Горном институте. Оба заведения окончил с золотой медалью для того, чтобы здесь, у чорта на куличках, добывать медь.

Черемисов. Жданович, кто тебя не знает, может подумать про тебя чорт знает что.

Ксюша. А по-моему, тут и думать нечего.

Жданович (с жаром и юмором). Ло-ве-лас! Чорт возьми, но давайте же говорить серьезно. Мне очень жаль старых романов под старыми липами, но все это осталось в книгах девятнадцатого столетия.

Катенька (вдруг отчаянно). Неправда!.. Вы ничего не знаете… Неправда!

Жданович (пренебрежительно). Кто там?

Катенька. Я!.. Неправда! Романы и любовь не только в вашем девятнадцатом столетии…

Является Лина, затем неприметно Люшин.

Лина (доля вызова). Скажите, почему свадьбы празднуют, а разводы нет?