Беула. Ему кажется, что он, именно он, должен устанавливать порядок.

Персиваль. Я этого не сказал. Но мне кажется, муж имеет право быть главой семьи под своей крышей.

Аббей. Прежде чем быть главой, надо самому иметь голову.

Беула. Пусть он будет кем угодно. Я все равно ухожу.

Аббей. Куда? Я тебя не возьму.

Беула. Тогда я умру на твоем пороге.

Аббей. Ну, этого, положим, не допустит общественный надзор. Ты совсем глупый ребенок. Впрочем, вы оба не отличаетесь умом. У вас нет ни горестей, ни печалей, так вы их придумываете. Каждый из вас непременно хочет указывать один другому.

Беула. Я не хочу учить его, но я требую, чтобы он не вмешивался в мои личные дела.

Персиваль. Я бы не вмешивался, если бы ты была разумнее.

Беула. Что вы скажете на это, тетушка? Три дня тому назад он схватил мой велосипедный костюм и сжег его на кухне.

Персиваль. Но она же черт знает на кого была похожа в этих турецких штанах. Это же ужас.

Беула. Никакого ужаса в этом не было… Но не в этом дело. Я не указываю ему, как надо одеваться.

Персиваль, Но когда-то ты советовалась со мной относительно своих туалетов.

Беула. Тогда ты находил хорошим всякое мое платье.

Персиваль. Да, находил. Потому что ты не была еще заражена дикими модами от мисс Гоббс.

Аббей. Я вижу, что нам уже не придется завтракать.

Беула. Все вы против нее.

Персиваль. Конечно, Это же взбесившаяся старая дева.

Аббей. Пожалуйста… Прошу вас завтракать…

Персиваль. Которая, к несчастью, влияет на тебя… Я тебе запрещаю встречаться с ней.