Я отплачу, признавшися во всем,

Свой замысел открыв чистосердечно:

Задумал я Натану доказать

Что смертен он? как все, что добродетель

Его броней не может защитить

От меткого удара острой шпаги.

Что старикам опасно преграждать

К почету путь своею дряхлой славой

Тому, кто горд, кто молод и силен.

Натан.

Твой замысел стократ я одобряю!

Вернее в грудь прицелься старику,

Чтоб наказать его высокомерье.

Не трепещи, приближься и внимай,

Он скажет так: «О, юноша, меня

Ты наказал за дерзкие мечтанья;

Я веровал доныне, как дитя,

Что доброта одних друзей имеет,

Что старые враги простили мне;

Что новых нет; но горько я ошибся;

Я возмечтал быть солнцем для людей,

Которое на всех сияет ровно,

Которому привет любовный шлют

Все смертные, — и праведник, и грешник.

Но дольний прах, — не вечный царь небес!

Я каюся в надежде дерзновенной.

Пусть эта кровь омоет ту вину

С души моей; тебе ж прощаю, сын мой…»

Митридан.

Ну, полно же, довольно болтовни!

Ты мужество мое и твердость хочешь

Лукавыми речами искусить.

Узнай старик: я рыцарь, от решенья

Не отступлю во век, чтоб ни грозило.

Но помнится помочь ты обещал,

Иль изменить намеренье успел?..

Натан.

Ужели в том меня ты заподозрил?

Я докажу сочувствие свое.

Вот мой совет; ему последуй смело,

Исполнится желание твое.

Взгляни туда: меж этими столбами

Виднеется под сению дерев

Зеленая таинственная пуща.

Там звонкою струёй журчит фонтан;

То — уголок излюбленный Натана.