ПЕРВЫЙ. Осы. У них брюхи жёлтые. (Пауза).

ВТОРОЙ. Знаете, у меня такой бардак, жена в отъезде, простите… (Ходит по комнате, быстро расталкивает валяющиеся вещи.) Сын совершенно не следит за собой, отбивается от рук, мальчишка, шестнадцать лет, знаете, переходный возраст, я поздно родил, не умею справиться… Дело в том… Да вы садитесь, я сейчас, кофе, я быстро… Так вот, трагичность человека …

ПЕРВЫЙ. Говорите какие-нибудь простые вещи, а то я пугаюсь. В чём?

ВТОРОЙ. Что?

ПЕРВЫЙ. Так в чём дело?

ВТОРОЙ. Кофе? Чай?

ПЕРВЫЙ (идёт по комнате, улыбается, руки в карманы штанов засунул). Замечательно, восхитительно, шедеврально, потрясно, изумительно, исключительно, поразительно, необычайно, ошеломляюще, потрясающе, суперно, суперно, суперно…

ВТОРОЙ. Что?

МОЛЧАНИЕ.

ПЕРВЫЙ (улыбается, вертит головой). Мне кажется, я тут был? Мы не были знакомы раньше?

ВТОРОЙ. Да вроде бы, я не помню. Ну, конечно, да. Не мог же я просто так позвонить незнакомому человеку и зазвать его в гости домой. Знаете, профессия кинорежиссёра, всегда много контактов, людей. Так, всё-таки, кофе или чай?

ПЕРВЫЙ. Вы опять говорите: «Знаете». Чего «знаете»? Я знаю всё. Да, да, я тут был.

ВТОРОЙ. У меня в фильмах много снималось людей. Знаменитые актёры. Очень много. И тут сидели все эти знаменитости, знаете, после съёмки, отдыхали у меня …

ПЕРВЫЙ. Да, да, знаю. Провинциальная киностудия. Кто видел эти фильмы? Никто. А для московских «чесал» — великих звёзд — насрать где было сниматься, лишь бы срубить. Звёзды давно погасли, но для толпы они продолжают светить. Так?