ВТОРОЙ. Ну, знаете, что-то они сделали, эти фильмы, это была некая руда, перегной, на котором кто-то вырос …

ПЕРВЫЙ. Перегной? Навоз, то есть? Кто вырос на нём?

ВТОРОЙ. Ну, кто-нибудь, кого я не знаю даже. Нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся и нам сочувствие даётся, как нам даётся благодать.

МОЛЧАНИЕ.

ПЕРВЫЙ. Чего?

ВТОРОЙ. Знаете, у меня аллергия на цветы на какие-то или на пыльцу, не знаю. Просто сморкаюсь, и чихаю, и кашляю целыми днями. Эти две недели, пока буйное цветение в городе — разбит, ненавижу это время. К вечеру получше, а днём — труба. Я закрою окно? Итак, чай? Да?

ПЕРВЫЙ. Они жужжат и жужжат — можно рёхнуться. У вас квартира похожа на какую-то декорацию.

ВТОРОЙ (смеётся). Да, да, из какого-то фильма про западную жизнь…

ПЕРВЫЙ. Ага, про бедноту и переселенцев. Точно. Похоже. Только босота может жить в таком. Нет, нет, действительно, что-то из декорации тут присутствует, нет? Что-то приворовывали на киностудии и домой притаскивали, так?

ВТОРОЙ. Знаете, нет. (Смеётся, трёт руки.) Может быть, похоже на декорацию. Всё такое, как у всех. Советское. Полированное. Странно, что я, казалось бы, человек искусства, а имею такую квартиру безликую… Это — жена. Она — врач и ей надо, как у всех. Итак, всё-таки, кофе?

ПЕРВЫЙ (смотрит на портрет). Я мог знать этого человека? (Задевает ногой батарею бутылок, стоявшую у дивана, они падают, грохочут.) О, виноват! Как много, тополиным пухом облеплены… (Берёт одну бутылку в руки, смотрит на свет, смеётся.) Это пиво с надписью «Made in USA» делают в соседних гаражах … (Хохочет).

ВТОРОЙ. Ничего, ничего, не обращайте внимания… Это всё сын. Вернее, его друзья, день рождения. Нет, это у меня был день рождения. Сдать бутылки…