Комната провинциального городка 80-х годов XIX века, в убранство которой внесен вкус хозяйки дома, перенявшей кое-что во время поездок к родным в Белград.
I.Павка, Даница.
Павка (входит из правой двери и, увидев, что в комнате никого нет, идет к дверям в глубине и кричит в коридор). Поди сюда! Слышишь, я тебе говорю, поди сюда!
Даница входит.
Ты опять? Я же тебе тысячу раз говорила, чтоб ты не смела туда ходить…
Даница. Боже мой, мама!..
Павка. Вот тебе и «боже мой, мама!..» Я не хочу, чтоб ты туда ходила! Нечего тебе там делать! Вот так.
Даница. Мне показалось, что упал горшок…
Павка. «Упал горшок», хм! А больше тебе ничего не показалось! Почему это мне не показалось, что упал горшок?
Даница (про себя). Но ведь…
Павка. Что ты сказала?
Даница. Ничего!..
Павка. Слушай, ты! Моя мать за собой хвост не таскала, я тоже; и я не допущу, чтоб ты его таскала! Не допущу, понимаешь?!
Даница. Боже мой, мама, какой хвост?
Павка. Сама знаешь какой. Вот как начнут про тебя люди говорить…
Даница. Ну, люди!..
Павка. Конечно, люди!
Даница. А Мица Античева? Разве у нее не было длинного хвоста? Ну и что? Вышла же замуж!
Павка. А я не хочу отдавать тебя с хвостом, понимаешь? Больше ты никого не могла назвать, кроме Мицы Античевой?… Почему ты не вспомнишь Росу Яничеву? Какая была чудесная девушка, а что вышло? Начали люди о ней всякое болтать, и а-у, а-у, а-у, а-у… так по сей день все еще сидит да дни считает…
Даница. Считает дни потому, что нечего больше считать: денег-то нет… а были бы деньги…