Йовица. Хорошо!

Еврем. Так и сделаешь?

Йовица (поднимаясь со стула). Конечно, раз ты говоришь, значит, так лучше.

Еврем. А уж остальное – моя забота. Ты теперь сиди в лавке и жди мандата.

Йовица (собирается уходить). Я, Еврем, честно говоря, только на тебя и надеялся.

Еврем (провожая его). А другие тебе и не нужны!

Йовица. Э, спасибо тебе, Еврем! (Уходит.)

Еврем (вслед ему). Иди прямо в лавку и никому ни слова!

Еврем, Младен.

Еврем (возвращается, очень взволнован, идет к правой двери). Младен! (Пауза.) Павка, пошли ко мне, черт его возьми, этого Младена! (Останавливается посреди комнаты и глубоко задумывается.)

Входит Младен.

Младен. Ты звал меня, хозяин?

Еврем. Ступай, знаешь, к этому, к господину Срете.

Младен. А, знаю!

Еврем. Если его дома нет, значит, он в «Национале». Найди его и скажи: «Господин Прокич просил, мол, прийти к нему сейчас на чашку кофе». Понял?

Младен. Понял! (Уходит.)

Еврем, Павка.

Павка (входит из правой двери). Слушай, Еврем, я сейчас видела, через рынок идет госпожа Марина, не иначе, к нам направляется.

Еврем. Ну что ж, пусть зайдет.

Павка. Я только хотела тебя спросить: ты не догадываешься, почему она в последнее время так часто стала к нам наведываться?

Еврем. А чего мне догадываться?

Павка. Конечно. Где тебе догадываться, когда ты сунул свой нос в политику!

Еврем. Не смей со мной больше так разговаривать. Куда бы я ни сунул нос, значит, так нужно Я знаю, что делаю!

Павка. Ну вот, разве с тобой можно о семейных делах советоваться, когда ты сразу… Забыла, о чем и начала.

Еврем. Ты спросила: «Догадываюсь ли я, чем тут пахнет?"

Павка. Ах да! Ты ведь знаешь, госпожа Марина – какая-то родственница этому господину Ивковичу.