- С Василием Ивановичем Курочкиным и старым другом его Александром Максимовичем Заботиным я был давно знаком,- раздумчиво и с остановками начал свой рассказ Петр Николаевич,- но хорошо и в подробностях узнал о них со слов Александра Максимовича. А Максимыч работал долгое время в нашей сельской школе учителем математики, жил в деревне Берёзовка, кажинный день из деревни пешком ходил он на работу из года в год. А узнал я обо всём, когда печь клал Александру Максимовичу в его бане, очень уж он на мою баньку завидовал, хотел этакую же у себя иметь. А что старику остаётся и бобылю, к тому же? Баня да рыбалка на речке - вот и все его удовольствия! Помнится мне, Василия Ивановича в живых-то уж не было, да, точно - не было. Был бы жив Василий Иванович, так и не рассказывал бы мне ничего дружок его старый, свои секреты они держали всё промеж себя, а так вот, за бутылкой водки тоже, и состоялся наш с ним разговор, с учителем, значит... А и то сказать, чего я стал бы по селу злословить о чужих-то людях? Бог им судья! Ну, значит, сложил я ему печку, протопили мы её берёзовыми поленцами (это полезно печке после кладки), а Максимыч мне и говорит: "Пойдем, Петр Николаевич, завтрева поутру на рыбалку, там и вспрыснем-обмоем печку, оно на природе-то и пьётся без устатку да всласть".