Джордж. …биологическим факультетом. Историческим факультетом я все же заведовал целых четыре года, во время войны. Но это потому, что людей не было. Потом… люди вернулись — никого, видите ли, не убили. Вот она вам. Новая Англия. Поразительно, правда? Хотя бы одному во всем нашем городе снесло голову! В этом есть что-то противоестественное. (Задумывается.) У вашей жены совсем нет бедер… правда, хм?

Ник. Что?

Джордж. Я вовсе не такой уж любитель крутобедрых… Не принадлежу к числу тех, кто высчитывает: объем бюста — тридцать шесть, талии — двадцать два, бедер — семьдесят восемь. Отнюдь нет, уважаемый… Все должно быть пропорционально. Я просто говорю, что у вашей жены… узкие бедра.

Ник. Да… вы правы.

Джордж (глядя в потолок). Что они там делают? Наверно, как раз тут, над нами.

Ник (с притворным оживлением). Что вы, женщин не знаете!

Джордж (пронзает Ника подчеркнуто ироническим взглядом… потом отвлекается на другое). Хоть бы одного паршивца пристукнуло! Правда, Вашингтон никто не бомбил. Впрочем, нет… это несправедливо. У вас есть дети?

Ник. Хм… нет… пока нет. (Пауза.) А у вас?

Джордж (почти вызывающе). Мое дело знать, ваше дело выяснить.

Ник. Вот как?

Джордж. Бездетные, хм?

Ник. Пока — да.

Джордж. Люди… хм… рождают детей. Вот это я имел в виду, когда говорил об истории. А вы собираетесь производить детей в пробирках. Да? Вы, биологи. Ребятишек. Тогда все прочие… те, кому хочется… могут совокупляться вволю. А как будут высчитывать налоги? Об этом кто-нибудь подумал?

Не зная, что ему ответить, Ник посмеивается.