Софи (она держит в руках жилет, к которому пришита желтая форменная пуговица). Ничего другого не нашла. Пришлось отрезать от Спиры. Все-таки мужская пуговица, военная, а не от каких-то ночных панталон.

Лазич (рассматривая). Восхитительно! Софи, вы — кудесница! Благодарю Вас и вашего пожарника Спиру! (Надевает жилет.)

Софи выходит.

Маркович. Честно говоря, эта военная пуговица не слишком гармонирует с жилетом.

Лазич (философски). Что делать, друг мой! Легче отыскать Уран в небе, чем пуговицу в моем доме!

Маркович. А я изобрел другой способ. (Расстегивает жилет.) У меня тоже отскочила пуговица, на которой держались подтяжки. Другой бы на моем месте пошел, а с него прямо на улице соскочили бы брюки. Но я не такой! Я снял со стены картину, вытащил из стены крюк, на котором она висела, картину продал, а в брюках сделал дырки и закрепил подтяжки на этот крюк! Вот взгляните! (Показывает.)

Лазич. Гениальное решение, но, к сожалению, не мой случай.

Маркович. Да, вам крюк не поможет…

Те же и Сушич.

Сушич (просунув голову в дверь.) Разрешите?

Лазич. О, господин Сушич! Пожалуйста!

Сушич. Но я в некотором роде не один…

Лазич. Не имеет значения. Прошу!

Сушич (исчезает и тотчас появляется, толкая перед собой детскую коляску. В каждом кармане у Сушича бутылки с детским питанием. На одной из бутылок соска). Вот и мы, господа…

Лазич. Боже! Господин Сушич должен сам возить, коляску с ребенком.

Сушич. Обязан, господа, обязан! Я. Сима Сушич, начальник государственного арбитража, обязан возить детскую коляску по зеленым улицам солнечного Белграда! (Марковичу). Разрешите представиться: Сима Сушич, начальник государственного арбитража, катающий детскую коляску по зеленым улицам солнечного Белграда.